В 1915 году московская актриса и собирательница народных сказаний Озаровская встретила на реке Пинеге худенькую, маленькую старушку, которая жила в большой бедности, тяжело работала, а ещё для прокорма пела на свадьбах «невестины речи» и «на похоронах вопила».

Это была Мария Дмитриевна Кривополенова, последняя настоящая хранительница и сказительница русских былин. Потрясённая Озаровская уговорила Марию Дмитриевну поехать в Москву, а потом чуть ли не по всей стране - в Петрограде, на Украине - устраивала её выступления.

«Бабушка Мария Дмитриевна» в больших городах нисколько не робела, всюду - в Кремле, в Третьяковской галерее - отыскивала приметы старины и целыми часами пела свои былины в столичных залах, где собиралось иногда до трёх тысяч человек. Характера была строгого. Уже при советской власти, при очередном приезде Кривополеновой в Москву её пожелал увидеть нарком Луначарский. С приездом своим к старушке запоздал на полдня, а когда наконец появился, Кривополенова к нему не вышла. Сказала, чтоб передали: «Марья Митревна занята. Пусть подождёт». И нарком ждал её целый час.

Назначенная новым государством пенсия всё равно не спасала, и до конца своих дней великая сказительница так и продолжала свои скитания по деревням. Умерла высоко и красиво, как в былине. Писатель Борис Шергин рассказывает, как зимой в страшную пургу люди довели Марию Дмитриевну до постоялого двора. «Сидя на лавке, прямая, спокойная, Кривополенова сказала:

— Дайте свечу. Сейчас запоёт петух и я отойду.

Сжимая в руках горящую свечку, Марья Дмитриевна произнесла:

— Прости меня, вся земля русская».

И с этими словами скончалась.