«У врат нашего литературного царства стоят они оба, Пушкин и Гоголь, светлый и тёмный, благородный и отчаявшийся. И нужны они, действительно, оба, как в народных сказках, для восстановления человеческой цельности, для возрождения богатыря или красавицы, нужна и живая и мёртвая вода» (Ю.И.Айхенвальд).

«Русские, которые считают Тургенева великим писателем или судят о Пушкине по гнусным либретто опер Чайковского, лишь скользят по поверхности таинственного гоголевского моря и довольствуются тем, что кажется им насмешкой, юмором и броской игрой слов. Но водолаз, искатель чёрного жемчуга, тот, кто предпочитает чудовищ морских глубин зонтикам на пляже, найдёт в «Шинели» тени, сцепляющие нашу форму бытия с другими формами и состояниями, которые мы ощущаем в редкие минуты сверхсознательного восприятия. Проза Пушкина трёхмерна; проза Гоголя по меньшей мере четырёхмерна. Его можно сравнить с его современником математиком Лобачевским, который взорвал Евклидов мир…» (В.В.Набоков).